В ночь лунного затмения в Уфе — 8 октября 2026

Разумно и справедливо течёт жизнь на стоянке — вот скоро Акъегет с материнского благословения введёт молодую жену Зубаржат в дом, и о том объявлено роду. И весть хорошая пришла, что кончилась война и, стало быть, вернётся из похода Юлмурза... Но не суждено этому сбыться. Нет среди всадников, вернувшихся с войны, Юлмурзы — пал он смертью храбрых.

Действие второе. Свято чтут в роду обычаи, адат — заветы предков. Во всём послушна Танкабика воле старейшин рода, и коль решили аксакалы, что вдову Шафак должен взять в жёны Акъегет, а Зубаржат отдать придётся за малолетку Ишмурзу, то так тому и быть.

Тяжело на сердце у Танкабики — не за грехи ли молодости наказывает её Аллах? Много лет назад появился на свет плод порочной связи байбисы — убогий Диуана; до сих пор живёт бедняжка среди степного народа подкидышем. Тому уж тридцать лет, а всё нет покоя душе Танкабики: лишь она и Дервиш, скрывший эту страшную тайну, знают о содеянном.

Дервиш, пленённый красотой Шафак, грозится открыть секрет байбисы перед аксакалами и всем родом, если Танкабика не отдаст ему невестку, но получает отказ.

Действие третье. Уже третий месяц, покорившись воле старейшин, живут в одной юрте Шафак и Акъегет. В тоске и одиночестве тянутся дни и ночи для Шафак, ведь сердцем Акъегет по-прежнему принадлежит Зубаржат. Не одной Шафак известно, где её муж проводит ночи. Осуждают влюбленных и люди рода, виня в прелюбодеянии.

Дервиш полон греховных мыслей — мечтает о любви Шафак, и коль не отречётся она перед людьми от мужа, то погасить луну грозится в полночь.

Не выдержав трёх дней разлуки с Акъегетом, в шатёр к любимому приходит Зубаржат. Нет больше сил таиться и у Акъегета. Решительно он матери сказал, что жить отныне будет лишь с милою своей.

Но это смертный грех и нарушение адата! Не потому ль Всевышний род карает: скот падает, и люди мрут от хвори, и даже луна погаснуть может над страной? Коль не покаются и от любви греховной не отрекутся Акъегет и Зубаржат, погибнуть может всё!

Но покаяния слов не знает Акъегет. И пусть мир рушится, и гаснет пусть светило — от Зубаржат своей он не отречётся!

Разбито сердце матери, но запоздалого раскаяния Танкабики не слышит разъярённая толпа.

Луна погасла и затмились души. Изгнаны из рода Акъегет и Зубаржат — в небытие, иль в вечность, иль в бессмертие? И новая рождается луна...