Рисовая собака в Москве — 21 сентября 2026

Началась и закончилась космическая война, миром правят еноты и ожившие креветки пленный робот несёт тебя на руках, кто-то на Луне молится за тебя, президент Бучкин — модифицированное растение. Жизнь грустна и прекрасна. Прошлого и будущего нет. Смерти нет.

Поэт Фёдор Сваровский живёт в нескольких вселенных одновременно. Одна совсем как наша, знакомая до мелочей, вторая похожа скорее на фантастический сериал, третья имеет все признаки сна, в четвёртой вы забываете обо всех предыдущих. Но самый удивительный фокус в том, что переходы между ними совершаются так естественно, что их перестаешь замечать. И в этом — какое-то тайное знание Сваровского об истинном устройстве сегодняшней многослойной реальности, в которой запросто уживаются роботы и люди, говорящие звери и городские сумасшедшие, Лем со Стругацкими и «Терминатор» со «Звёздными войнами». А пока у человека есть память, мечта и надежда, он сам настоящая машина времени.

Женя Беркович нашла к его гротескно-фантастическому измерению точную и простую театральную интонацию. Где щемящая лирика и наивная почти детская игра, срываются вдруг в космическую глубину. И в этом падении-полете мы увидим самые странные вещи на свете: как делают предложение руки и сердца в переходе у Савеловского вокзала, как закончится космическая война, как впавшая в кому старушка споёт оперную арию, а пожилая мать получит письмо от умершего сына. В калейдоскопе странных образов и безумных героев угадывается что-то близкое и жуткое — может, глобальное потепление, а может, неосознанно взятый на кассе супермаркета пластиковый пакет.